Метки

,

https://i0.wp.com/rys-strategia.ru/vrangel/image4731.jpg“НВ”: Игорь Вячеславович, Вас хорошо зна­ют в России и на Западе как политического де­ятеля, одного из самых известных русских ан­тикоммунистов. Но мало кто знает, что сегод­ня, помимо общественно-политической работы. Вы много времени уделяете благотворительно­сти и даже являетесь президентом международ­ного благотворительного фонда “Милосердие”. Что побудило Вас заняться благотворительной деятельностью, которая, возможно, сейчас мог­ла бы показаться не совсем свойственной чело­веку со столь яркой биографией политического борца?

И.О.: Возвращаясь из эмиграции на Роди­ну, я и не думал, что мне придётся здесь когда- либо заниматься благотворительностью. Это­го в планах не было. Но, посетив однажды ря­довую российскую больницу, я пришёл в ужас от увиденного: для прооперированных людей в больнице не было даже обыкновенных бин­тов! Об отсутствии лекарств и сколько-нибудь сносного питания и говорить не приходится. Кон­траст с высокоорганизованным медицинским об­служиванием Запада был столь разительным, что это произвело тягостное впечатление. Тогда мне пришла в голову идея воспользоваться моими свя­зями на Западе и среди русской эмиграции для оказания России реальной помощи, прежде всего лекарствами. Так в 1997 году и родился благо­творительный фонд “Милосердие”

Конечно, никакая благотворительная деятель­ность не может сегодня решить и тысячной доли наболевших российских проблем, сколько бы мы эту деятельность ни расширяли! Ключ к решению проблем — не в благотворительности. Потому ра­бота по этой линии никогда не заслоняла для меня интереса к общественно-политическим пробле­мам. Тем не менее я считаю, что сегодня, когда страна ещё находится в полуобморочном состоя­нии после долгих десятилетий физического и ду­ховного геноцида, и такая работа может смягчить тяжесть переходного периода для какой-то не­большой, особенно бедствующей части народа.

“Н.В.”: У Вас были единомышленники, помогавшие в этой работе?

И.О.: Могу сказать, что в числе основате­лей фонда “Милосердие» стояли четыре акаде­мии, в лице их ректоров. Это Санкт-Петербур­гская Духовная академия. Академия граждан­ской авиации, Академия наук и искусств и Ме­дицинская академия. Кроме того, в число уч­редителей фонда вошли: 1-й Медицинский ин­ститут, Союз Граждан С.-Петербурга и С.-Пе­тербургский казачий округ. Такой состав уч­редителей Фонда может позволить нам очень эффективно организовать его работу.

“Н.В.”: На эмблеме возглавляемого Вами Фонда изображена Св. Блаженная Ксения Пе­тербургская, стоящая на фоне Петропавловско­го собора. Этот символ как-то отражает сущ­ность деятельности Фонда?

И.О.: Конечно, это не случайный символ. Наш Фонд оказывает помощь всем нуждаю­щимся, без различия и не по принадлежности к той или иной религиозной конфессии. Но мы всё-таки считаем и осознаём себя прежде всего Православной организацией. Поэтому на на­шей эмблеме изображена Святая Покровитель­ница Санкт-Петербурга.

“Н.В.”: Что практически удалось сделать Фонду за время его существования?

И.О.: Три года назад мы начали с того, что организовали доставку в Россию крупной партии лекарств из Германии. При содействии Баварского ХСС правительство Германии пе­редало нам шестнадцать тонн дорогостоящих лекарственных препаратов. Из них десять тонн были направлены в Белоруссию и шесть тонн распределены в С.-Петербурге. А всего через Фонд *’Милосердие лекарства получили тогда более семидесяти медицинских учреждений, ос­тро в них нуждавшихся: от тюремных больниц до Военно-Медицинской Академии. Это толь­ко один из примеров. Но, конечно, он не озна­чает, что наш Фонд специализируется только на медицинской помощи. Мы оказываем самую разнообразную поддержку нуждающимся лю­дям — это и вещи, и продукты. Например, не­давно Фонд передал партию продовольствия в дома инвалидов и престарелых, а также в ин­фекционную больницу им. Боткина, где сложи­лось очень трудное положение с питанием боль­ных (а их в больнице две тысячи человек!)

Есть среди направлений деятельности Фон­да и такое, как восстановление исторических памятников. Здесь тоже непочатый край рабо­ты.

Наконец, нужно сказать, что за последние три года и сам Фонд расширил свою структу­ру. Он превратился в организацию, имеющую международный статус. Нами налаживаются связи с некоторыми “странами СНГ»; Фонд со­трудничает с благотворительными организаци­ями в Бельгии, а в городе Мантуя (Италия) офи­циально зарегистрировано наше итальянское отделение.

“Н.В.”: А как власти относятся к деятельно­сти Фонда? Кто помогает в его работе? Ведь бла­готворительные фонды — это не коммерческие организации; они, как известно, осуществляют работу благодаря пожертвованиям.

И.О.: Необходимая юридическая база для деятельности благотворительных организаций сегодня существует. Но, увы, пока дело обсто­ит так хорошо только на бумаге — реально орга­низовать благотворительную работу в России очень трудно.

Нужно отдать должное Законодательным Собраниям С.-Петербурга и области. С их по­мощью нам удалось решить немало проблем. Хотя приходилось сталкиваться и с обратны­ми примерами: многие сегодняшние чиновни­ки во всяком деле ищут прежде всего только свои собственные материальные выгоды и, если таковых не находят, они не пошевелят и паль­цем, чтобы что-нибудь сделать. Даже если речь идёт о помощи обездоленным, нуждающимся людям, и эта помощь входит в их прямые слу­жебные обязанности!

Что касается сегодняшних российских “биз­несменов», то они предпочитают вывозить ка­питалы за рубеж, а не помогать своим нужда­ющимся соотечественникам. Люди, ставшие за время “перестройки” обладателями значитель­ных капиталов, явно не заинтересованы жерт­вовать деньги на благотворительность. Так что пока рассчитывать нам приходится только на себя — средства, необходимые на покрытие рас­ходов, поступают очень скудно. Внутренние же расходы у Фонда большие: таможня, транс­порт, медицинская идентификация лекарств, складирование, охрана и т.п. — всё это стоит недёшево.

Выход из этой ситуации, как мне кажется, в том, чтобы благотворительные организации могли сами зарабатывать деньги на покрытие своих расходов, а не только лишь рассчитывать на пожертвования. Юридическая база для это­го имеется. Но организовать это на практике не так просто — нужна хорошая команда сотруд­ников, помощь единомышленников, нужно рас­ширять деятельность, открывать новые отде­ления, в том числе в Зарубежье.

“Н.В.”: Известно, что русская Белая эмигра­ция также оказывает существенную помощь нуждающимся людям в России. Например, в США и на Западном, и на Восточном побере­жье, существуют русские благотворительные организации, которые уже много лет направля­ют в Россию гуманитарную помощь. Есть та­кие организации и в Европе. Вы как-то сотруд­ничаете с ними?

И.О.: Русские эмигрантские организации, направляющие в Россию гуманитарную по­мощь, делают замечательное и очень полезное дело! Они помогли и продолжают помогать тысячам нуждающихся людей, фактически бро­шенным нынешними властями на произвол судьбы. К сожалению, об этой большой и по­лезной работе эмиграции мало знают и гово­рят в России. Очень жаль. Ведь эмиграция не только в меру своих сил помогла многим лю­дям в России, но и тем самым показала нынеш­ним россиянам прекрасный пример братского, христианского отношения к ближним. Это все­гда было в традициях русского народа. И это­му. как и многому другому, нужно учиться у Белой эмиграции.

Наш Фонд налаживает связи с русскими эмигрантскими благотворительными организа­циями. Например, хорошие контакты сейчас завязаны нами с единомышленниками в Бель­гии, где работой одной из русских благотво­рительных организаций руководят Ирина Бо­рисовна и Мария Александровна ДУРАСОВЫ. Конечно, такие контакты следует развивать и далее, ибо реальная польза от этого может быть очень большая.

Пользуясь случаем, хочу обратиться через Ваш журнал ко всем русским зарубежным бла­готворительным организациям с предложени­ем объединить наши усилия для совместной помощи нуждающимся людям в России. Речь идёт, конечно, не об объединении в какую-то одну структуру — это совсем не обязательно делать. А вот скоординировать общие усилия и оказывать друг другу помощь в работе было бы эффективно. Формы же сотрудничества могут быть самыми разными.

Что такая координация может дать на прак­тике? Очень многое. Во-первых, это поможет более эффективно распределять помощь в Рос­сии, наладить должную отчётность (часто это большая проблема). Во-вторых, иногда это мо­жет сократить лишние расходы на транспор­тировку, рассылку, хранение грузов и т.п. рас­ходы. Наконец, можно организовать работу та­ким образом, чтобы благотворительные орга­низации могли зарабатывать средства не толь­ко на покрытие своих расходов, но и на даль­нейшее расширение помощи. Ибо, как я уже сказал, неправильно было бы строить всю бла­готворительную работу только на пожертво­ваниях, да этого просто и недостаточно сейчас.

“Н.В.”: Каковы Ваши ближайшие планы как президента Фонда “Милосердие”?

И.О.: Всякое дело, если это действительно нужное дело, должно расти и расширяться. По­этому в наших планах — максимально расши­рить сеть представительств Фонда. Ибо нуж­дающихся в поддержке людей в России мень­ше нс становится. Больно сознавать, что всем помочь мы не в силах, но нужно увеличивать масштабы нашей работы.

“Н.В.”: Одна из инициатив, с которой сей­час выступает Фонд “Милосердие”, направлена на оказание помощи русским воинам, раненным в Чечне, и семьям погибших там солдат. Это уже не только Ваша христианская, но и гражданс­кая позиция?

И.О.: Разумеется, неизбежна и гражданская. Хотя однозначная позиция по отношению к че­ченским событиям последних лет вряд ли пока возможна. Только одно чувство особенно прон­зительно — это глубокая боль за гибель и уве­чья российских граждан, за моральный ущерб и разрушения, неизбежные при ведении боевых действий.

Мир и защита человеческих прав в этом ре­гионе станут возможными, не в последнюю очередь, лишь тогда, когда весь народ узнает, где истоки этих событий, и кто несёт прямую и косвенную ответственность за подготовку бо­евых выступлений такого масштаба и все­мерное потворство криминальным элемен­там.

Постепенно и мучительно общество при­ходит к выводу, что здесь имеет место наци­ональная и государственная измена, за ко­торую сейчас расплачиваются наши солда­ты и офицеры. Нравственно очень тяжело сражаться и умирать в такой атмосфере. Именно поэтому наши воины сегодня нуж­даются в моральной и материальной поддер­жке всего общества.

Отдавая себе отчёт в искусственном ха­рактере чеченского конфликта, мы хорошо видим серьёзную опасность перерастания ло­кальных столкновений в более широкое се­паратистское движение, разжигание межна­циональной и межрелигиозиой розни меж­ду народами нашей страны. Также отчётли­во просматривается скрытое и открытое иностранное вмешательство во внутренние дела страны.

Возрождение вооружённых сил как госу­дарственного института, ответственного за территориальную целостность и нацио­нальную независимость, возможно только в двуедином процессе с возрождением всей страны. Пока продолжается затянувшийся процесс разложения в стране и армии, нельзя не чувствовать себя беззащитным перед лю­бой угрозой внутри и извне. Сегодня наши солдаты вынуждены противостоять этой уг­розе в самых неблагожелательных условиях. В любой нормальной стране, а в России осо­бенно, вооружённые силы традиционно яв­лялись концентрацией лучших сил народа Достаточно наугад вспомнить только не­сколько имён, прославивших русскую науку и искусство, чтобы убедиться в том, какой вклад внесли Армия и Флот даже в культур­ную жизнь страны. Лермонтов. Толстой, До­стоевский, Мусоргский и Римский-Корса­ков, Лазарев и Пржевальский, Макаров и Колчак…

Призывая патриотов принять посильное участие в акции поддержки семей погибших и раненых наших воинов, мы надеемся со­здать ту общественную атмосферу, которая будет способствовать, хотя бы в некоторой степени, возрождению социального статуса и традиционного духа Русской армии.

Конечно, одному Фонду не под силу спра­виться с задачей, которая имеет государ­ственный масштаб, но может быть, соединив наши усилия, мы положим начало для её ре­шения.

НАШИ ВЕСТИ, № 458 / 2759
МАРТ 2000